Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Молчать и слушать – это лучшее , что ты сейчас можешь сделать, — холодно бросает Даниэль и делает два шага назад, качая головой. — И я даже не знаю, как мне теперь с тобой общаться.

— Твое право.

— Лучше заткнись, если не хочешь вывести меня из себя. И вообще, я сваливаю отсюда. Видеть тебя не желаю! — Даниэль подходит к столику рядом с койкой и берет бутылку с водой, которую он поставил после того, как зашел в палату.

— Даниэль… — неуверенно произносит Питер. — Даниэль, пожалуйста…

— И не смей за мной ходить, — резко отрезает Даниэль. — Увижу в метре от себя – размажу по стенке.

— Послушай меня…

— ЗАТКНИСЬ! — прикрикивает Даниэль, резко приподняв руку и сжав ее в кулак. — Заткнись … А иначе я врежу тебе.

— Чувак, не надо… — качает головой Терренс.

— Прости, Терренс, но я зайду к тебе чуть позже. Когда его здесь не будет.

Даниэль быстрым шагом подходит к двери, раскрывает ее и покидает палату, едва держа себя в руках. Терренс, Эдвард и Питер провожают его грустным взглядом, а последний, резко выдыхая, проводит руками по своему лицу.

— Да уж… — задумчиво произносит Питер. — Я думал, все будет еще хуже…

— Ты должен был во всем признаться, — спокойно говорит Эдвард. — Он все равно узнал бы правду.

— Молодец, что не стал оправдываться, — добавляет Терренс. — Это вывело бы его из себя. В данной ситуации честное признание было лучшим решением.

— Я и не могу ничего сказать в свое оправдание, — пожимает плечами Питер. — Был лишь один выбор: рассказать всю правду и ждать его реакции. И я был уверен, что он разозлится и набросится с кулаками.

— Перкинс был на грани. Не знаю, что его сдержало, но тебе крупно повезло.

— Что бы Даниэль ни сделал и ни сказал, он будет прав . Я не имею права обижаться и говорить, что все это несправедливо. Все как раз справедливо …

— В любом случае пока что не трогай его, — советует Эдвард. — Пусть он успокоится. Ты сделаешь только хуже, если будешь бегать за ним и оправдываться.

— Я и не собираюсь, — пожимает плечами Питер. — Я сказал то, что должен был, а он пусть решает.

— Только ты не расстраивайся, — спокойно говорит Терренс. — Мы все тоже были недовольны. То есть… Мы и сейчас недовольны, но ценим то, что ты сказал правду.

— Все в порядке, ребята, я был готов к конфликту. Хотя ожидал, что Перкинс тут же придушит меня.

— Видно, что он хотел, но изо всех сил сдержался. Не знаю… Может, не хотел ругаться в больнице… В палате…

— Ничего, все нормально. Что сделано, то сделано.

— А может, Перкинс понимает, что он и сам не святой и поэтому решил промолчать, — предполагает Эдвард. — Измена – это тоже ужасно. Это больной удар. Только моральный.

— Это верно.

— Лично я никогда не одобрял измены, но в этом случае мне правда жаль его. В трезвой памяти он такого бы не сделал.

— По крайней мере, он не готов сдаться и сказал, что будет делать все, что в его силах, — пожимает плечами Питер.

— Да, есть шанс, что мы можем помочь Анне, — кивает Терренс.

— И почему-то я уверен, что между ними не все кончено. У них есть еще шанс помириться. Не факт, что это случится скоро, но где-то в будущем ситуация может улучшиться. К тому же, решение об окончании отношений приняла Анна, а не она и Даниэль.

— И она точно оценит все, что он сделает ради нее. Даже если Анна скажет, что ей плевать, Сеймур все равно возьмет это на заметку.

— Самое лучшее, что может сделать Даниэль, – это спасти Анну, — уверенно отвечает Эдвард.

— У Даниэля появился шанс поиграть в героя и показать, на что он готов пойти ради нее, — отвечает Питер.

— Только что будет после того, как тот тип будет пойман? Будет ли Анна общаться с нами?

— Возможно, после этого Анна будет общаться с нами. Но сейчас вряд ли. Она побоится.

— Однако то, что она приходила сюда эти дни, меня реально удивляет.

— Не удивлюсь, если она делает это в тайне, — уверенно отвечает Терренс.

— Или считает, что ей нечего терять, — предполагает Питер. — Мол… Тот мужик все равно будет дубасить ее. И за то, что она говорит, и за то, что она молчит.

— Думаю, ты прав, — кивает Эдвард. — Анна в любом случае будет страдать…

Тишина снова воцаряется в воздухе на несколько секунд, во время которой все трое с грустью во взгляде переглядываются между собой.

— Ладно, ребята, наверное, я тоже немного пройдусь… — неуверенно говорит Питер. — Хочу немного побыть один… Привести мысли в порядок…

— Только не вздумай искать Даниэля, — советует Терренс.

— Нет-нет, я считаю, что нам лучше пока не разговаривать. Если увижу где-то вдалеке – пойду в другую сторону.

— И да, если увидишь мистера Кэмерона и Алисию, позови их сюда, — просит Эдвард. — И отца с матерью тоже. Если они приедут.

— Ладно. — Питер хлопает Терренса и Эдварда по плечу. — Не скучайте, ребята. Думаю, вам есть, о чем поговорить.

Питер медленно встает с больничной койки и спокойно покидает палату, закрыв за собой и оставив Эдварда с Терренсом, которые переглядываются между собой.

— Все нас кинули, — скромно усмехается Эдвард, присев напротив Терренса.

— Ничего, набьют животы и вернутся, — предполагает Терренс.

— Интересно, как долго Перкинс будет злиться на Роуза за то, что он не заступился за Анну?

— Если блондин не будет его беспокоить, то наш бывший парень в беспамятстве быстро успокоится. И простит хотя бы ради честности.

— В любом случае Пит – молодец. Не стал