Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Но я же сказал, что мне очень жаль!

— Однажды ты доиграешься, Терренс. В один день ты потеряешь все . И семью, и друзей, и карьеру, и деньги.

— Но что я могу сделать, если мне не всегда удается держать себя в руках? — разводит руками Терренс. — Если люди любят выводить меня из себя!

— Ах, значит, у тебя другие виноваты? А ты типа невинный и пушистый?

— Я этого не говорил!

— У меня иногда складывается впечатление, что тебе нравится все это. Нравятся все эти мордобои, склоки, крики…

— Да пойми же ты меня! Пойми, что я почувствовал, когда Ракель рассказала мне свою тайну. Какого мне было, когда я понял, что моя невеста соврала мне и скрыла свою беременность и свой выкидыш.

— Я все понимаю, но ты должен был поддержать ее вместо того, чтобы орать на нее. И вести себя так, будто ты собрался отправить ее в больницу. Чтобы она составила компанию Анне.

— Я был готов услышать что угодно – даже желание о расставании! Но только не то, что она потеряла ребенка.

— Которого твоя невеста заделала с другим мужиком!

— Это было бы вполне логично, зная, что она молчала!

— Ты хоть задавался вопросом, почему Ракель молчала? А, Терренс? Не думал об этом? О том, что она ужасно боялась твоей реакции и расставания с тобой! Ракель знает , что ты никогда не был безмятежным ангелом. И Кэмерон боялась не зря! Ты ее запугал!

— Представь себя на моем месте. Если бы твой ребенок погиб при таких обстоятельствах, ты и сам так бы отреагировал! Винил бы всех подряд! Набрасывался на всех подряд! Возненавидел бы свою любимую женщину!

— Нет, Терренс. Я умею держать себя в руках.

— О да! Ты вел себя как демон из ада, когда поверил, что Наталия тебе изменяет с другим.

— Ни один мужик не потерпит измену. Но тот случай стал для меня хорошим уроком. Возможно, конфликт с Ракель ничему научил тебя, но зато я многое понял после проблемы с Наталией. Да, я совершил ошибку. И не отрицаю это. Однако теперь я безоговорочно верю своей невесте и знаю, что она любит меня .

— Если бы я ничего не понял после того конфликта, то сейчас не был бы с Кэмерон. Я бы продолжил бы кричать, оскорблять и унижать ее. Вел бы себя как Поттер, который безжалостно отдубасил Анну.

— Ха, и что же тебя остановило вчера? — ехидно усмехается Эдвард. — Тебя бросило в холодный пот, когда ты представил себе, как в заголовках статей напишут об аресте Терренса МакКлайфа, который обвиняется в насилии или даже убийстве своей невесты? Бросило в дрожь от мысли, что тобой перестанут восхищаться, забыв о том, что когда-то ты заставлял девочек визжать и облизывать экраны, на которых показывали твое прекрасное личико?

— Просто не хотел еще больше ухудшить ситуацию. И был рад, что Ракель не стала за мной бегать и нервировать меня слезами. Иначе бы я точно что-нибудь с ней сделал.

— Да, а сразу уйти ты не мог? Тебя распирало от желания обвинить Ракель во всех грехах? Я согласен, что она поступила не слишком красиво с тобой. И сказал ей об этом. Но ты не имел права так с ней поступать!

— Я не мог остановиться… — с сожалением во взгляде отвечает Терренс. — Слово за слово – и я все больше выходил из себя. А услышав, что до меня уже знали о ребенке, я окончательно слетел с катушек.

— Однажды Ракель так испугается, что она просто соберет все свои вещи и уйдет. Ей надоест снова и снова верить, что ты когда-нибудь исправишься. Потому что рожденный психом останется им навсегда.

Глава 31.2

— Нет-нет, я этого не хочу, — резко мотает головой Терренс. — Нет!

— Надо думать головой, прежде чем что-то делать.

— Думаешь, приятно, когда тебя считают чужим? Когда тебе лгут? Когда все вокруг все знают, а ты ни хера не в курсе!

— Ракель никто не заставлял говорить – она сама так захотела. Человек просто устал держать это в себе.

— Неправильно, что я в последнюю очередь узнаю то, что должен был узнать первым.

— Надеюсь, у тебя не хватило наглости заявиться домой к мистеру Кэмерону и Алисии и устроить им скандал после того, как ты помотал нам нервы? — сильно хмурится Эдвард.

— Нет… — Терренс опускает взгляд на свои руки. — Как только я ушел из родительского дома, то немного покатался по городу, погулял в своем любимом местечке и где-то в одиннадцать поехал домой.

— Ну хоть на это ума хватило. А вот Ракель боялась возвращаться домой. Она была уверена, что ты мог устроить ей еще один скандал.

— Я бы не стал с ней разговаривать… Да и ее не было дома, когда я вернулся туда.

— Мы с родителями с радостью разрешили бы ей переночевать у нас, но она в итоге решила поехать домой.

— Стоп, так значит, Ракель была с вами? — слегка хмурится Терренс. — Это от вас она приехала домой лишь после двенадцати?

— Надо же! — ехидно усмехается Эдвард. — Заметил, что твоей невесты не было дома в столь позднее время.

— Конечно, заметил. Приехал домой, а ее нигде нет.

— Я бы не удивился, если бы у тебя хватило ума заявить ей о расставании. Но я еще больше удивлен, что ты все-таки не сделал это.

— Не спорю, я думал об этом.

— Вот как… Оказывается, даже в состоянии бешенства у тебя все-таки немножко работают мозги.

— Послушай, Эдвард…

— А хочешь я расскажу тебе обо всех последствиях твоей вчерашней истерики? — Эдвард на мгновение бросает взгляд на мимо проходящего врача с папкой в руках, который тоже смотрит на него и Терренса и идет дальше по своим делам, увлекшись изучением какой-то бумаги. — Родители весь вечер сидели на успокоительных и какое-то время не