Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— На мою кровать? На мою огромную мягкую кровать?

— Нет, на мою! — громко возмущается Кэссиди. — Я же не приглашала своих друзей в твою комнату и не позволяла им спать на твоей чистой постели в грязной обуви!

— Эй, он сам туда пришел, упал на твою кровать, заснул крепким сном и захрапел.

— О да, храп в доме был знатный ! Я не знала, куда себя деть! На весь дом было слышно!

— Ну не знаю, лично я спал как убитый. И ради такого случая позволил тебе спать в моей комнате.

— Ага, сам развалился звездочкой на всю кровать, а для меня расстелил на полу одеяло!

— Ха, а ты думала, я буду спать с тобой в одной кровати? — громко ухмыляется Даниэль. — Ты бы сама спихнула бы меня на пол!

— Надо было пойти в комнату родителей. Уж лучше я спала бы одна, но на кровати. Мягкой. Большой. И удобной.

— А чем тебе не нравились мои прекрасные покои? Моя комната была самым лучшим местом в доме!

— Ага, прекрасные! — по-доброму усмехается Кэссиди, скрестив руки на груди. — Да у тебя там вечный бардак был! Если бы мама не давала тебе пинки под зад, ты бы так и погряз в том хаосе. Ни пыль не протирал, ни вещи не клал по полочкам! Даже ленился отнести свои шмотки в стиральную машину и кидал их на кровать или стол.

— Да ничего и не изменилось… — с легкой улыбкой пожимает плечами Терренс. — Ты сейчас зайди в его комнату и увидишь, что там творится.

— Да видела уже! Видно, что здесь не хватает женской руки! Женских пинков под зад, которые заставляли бы этого крутыша навести порядок в доме. Особенно в своих прекрасных покоях.

— Слушай, Кэсс, тебе не кажется, что ты говоришь больше, чем мы все? — по-доброму усмехается Даниэль. — Язык еще не устал?

— Нет, не устал!

— Отдышись, болтушка, помолчи немного. — Даниэль гладит Кэссиди по голове. — Даже в детстве ты не была такой говорливой, как сейчас.

— А твои друзья и этот милый песик ничего не имеют против моей болтовни и с удовольствием слушают меня.

Сэмми громко подает голос, дружелюбно виляя хвостом, прижимается поближе к Кэссиди и кладет морду к ней на колени, пока та с легкой улыбкой треплет его за уши.

— Ох, и напрашиваешься ты на то, чтобы я и про тебя словечко замолвил, — хитро улыбается Даниэль.

— Вперед! — невинно улыбается Кэссиди. — Мне нечего стыдиться и скрывать! Это ты у нас весь в секретах!

— Которые ты все выдала!

— Я всего лишь отвечаю на вопросы девочек и парней.

Пока Даниэль рычит с закатанными глазами, остальные по-доброму усмехаются, а Сэмми негромко подает голос.

— Эх, как же я люблю наблюдать за братско-сестринскими разборками! — откидывается на спинку дивана и закидывает за нее руки Питер. — Можно вечно смотреть на огонь, воду и на то, как собачатся МакКлайфы и Перкинсы.

— Похоже, Сэмми это тоже нравится, — с легкой улыбкой наблюдая за Сэмми, предполагает Хелен. — Судя по его заинтересованному взгляду и тому, как он двигает головой.

— А почему бы и нет? — хитро улыбается Терренс. — Вдруг Перкинсы подскажут, как поиздеваться над моим маленьким братиком!

— А я смотрю, Ракель давно не хлестала тебя кнутом по заднице, — скрещивает руки на груди Эдвард. — Я могу это устроить, если ты так любишь всех провоцировать.

— Жаль, что ты будешь падать башкой вниз даже тогда, когда станешь старым, дряхлым стариком.

— Дряхлым стариком с кучей морщинок станешь ты. А я стану шикарным мужчиной в возрасте, который с годами будет как хорошее вино – становиться только прекраснее.

— Успокойся, Эдди, тебе это не светит.

— А ты не станешь самым сексуальным мужчиной на свете во второй раз. Потому что это место уже зарезервировал я. — Эдвард гордо приподнимает голову. — Как можно не возбудиться при виде столь прекрасного создания? Которое даже в пятьдесят будет выглядеть как в двадцать.

— Ага, как в десять!

Пока Терренс заливается смехом и хлопает в ладони, Эдвард хочет бросить в него подушку, но решает не делать это, поскольку не хочет попасть в сидящую рядом с его братом Ракель. Которая в этот момент скромно улыбается с прикрытым ртом и переглядывается с усмехающейся Наталией. Сэмми же негромко подает голос, подходит к МакКлайфу-младшему и его невесте и подставляет им свою морду, чтобы те погладили его.

— Кстати, а вы знайте, как эта хулиганка отомстила мне за то, что я привел друга в ее комнату? — приобняв Кэссиди за плечи, спрашивает Даниэль.

— Как? — интересуется Терренс. — Привела своих дружков и устроила погром в твоих джунглях?

— Нет. Положила горчицу в мои кроссовки для физкультуры в школе. А я заметил это лишь за пару минут до начала урока!

— Походу, твоя сестренка прекрасно знала, что это был единственный урок, на который ты ходил добровольно, — хитро улыбается Питер. — Правда твоей физической форме это вообще не помогло.

— Пф, и все? — по-доброму ухмыляется Эдвард. — Я думал, там будет что-то покруче!

— Да? — удивленно произносит Даниэль. — А я уже говорил, что мой физрук был ужасно злым и нервным? Что с ним невозможно было договориться! Мы все до смерти боялись его, старались не пропускать уроки и делали все, что он говорил. Правда от этого добрее он не становился. А порой психовал просто так. Девчонки до боли в животе качали пресс, а парни – отжимались, пока руки не отваливались. После его уроков мы все едва на коленях ползали! Из-за этого человека моим самым ненавистным упражнением являются отжимания. Я их ненавижу !

— Здесь я соглашусь, — соглашается Кэссиди, — Он и у меня какое-то время преподавал физкультуру. Правда потом его поменяли. Но сколько мы от него натерпелись! Этот физрук реально был монстром! Мне, если честно, спорт всегда давался не очень хорошо. И вот этот придурок