Отражённый блеск - alexz105
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Бегом подбежал баковый и вытянулся перед капитаном.
— Рассказывай, что видел, и не померещилась ли тебе вспышка спросонок, пес помойный?
Черноглазый матрос только что не зажмурился от ужаса, пошлепал губами и сипло выпалил:
— Точно видел вспышку, ваша светлость!
— Какого цвета?
— Дык, разноцветная она была: и беленьким, и синеньким, и красное промелькнуло...
— Не врешь?
— И в мыслях не держу, клянусь Святым кругом, ваша светлость...
В этот момент с носа судна раздался вопль нового впередсмотрящего:
— Вспышка прямо по курсу! Дистанция пятьдесят-сто корпусов!
Все сомнения на этом закончились. После недели плавания по этому новому безжизненному морю, они, наконец-то, обнаружили хоть что-то интересное.
— Свистать всех наверх! Приготовить судно к дрейфу! Шлюпки на воду!
Взревел рожок сигнальщика. Из трюма и надстроек хлынули матросы и гопники из абордажной команды...
* * *
— Фират, ты как?
— Н-н-н-нормальн-н-но, — стуча зубами, отозвалась девушка.
— Потерпи. Мне кажется, они приближаются.
— Кто это?
— Понятия не имею. Я и сам не понимаю, откуда здесь корабли, если море всего два месяца назад появилось. Скоро выясним. Я думаю, что хуже, чем сейчас точно не будет.
— Ну да. Тебя убьют или заберут в солдаты, а меня сделают шлюхой? Я лучше умру сама.
— Не глупи. Я сумею защитить и себя и тебя.
— Я слышала, что ты крутой, но их там, наверное, много.
— Это не имеет значения. Главное помалкивай. Говорить буду я.
* * *
— Табань!
Плеск весел сменился глухим журчанием. Высокий борт шлюпки надвинулся почти вплотную. Жилистые руки потянулись к ним и выдернули из воды.
— Еще люди за бортом есть?
— Нет. Нас двое.
— Значит везунчики, — пробормотал матрос, вытягивая зубами пробку из фляги.
— На, хлебни-ка, парень.
Гарольд поднес флягу к лицу и почувствовал жуткую вонь какого-то дешевого алкоголя. Тем не менее, чтобы не обижать матроса, который действовал из добрых побуждений, он сделал вид, что глотнул и вернул флягу обратно, поблагодарив.
Впрочем, добрые побуждения в этом мире были страшной редкостью, что и выяснилось буквально через несколько мгновений.
— А это ведь девка! — с удивлением протянул кто-то, разглядев Фират.
Матросы как-то нехорошо оживились. Кто сидел подальше, просунули свои головы между соседей, чтобы получше разглядеть нежданную добычу.
— И впрямь, девка. Жалко, что одна. Было бы побольше, то и нам перепало бы. А так до нас очередь не дойдет, — сокрушенно вздохнул один из них.
— Эта... но здесь-то, пока мы в лодке, и пока там никто не знает, что мы их нашли, мы вроде как первые... а? Мужики?
Экипаж шлюпки еще больше оживился, переглядываясь между собой.
— А парня можно того... и обратно в воду, значит. Но не дай Святой круг, если какая-нибудь сволочь сдаст, что мы тут с девкой позабавились! Поэтому, если только все вместе. Слышали?
— Слышали, слышали, — зашептали со всех сторон, пододвигаясь ближе к центру шлюпки.
Поттер наконец понял, что моряки фактически сговорились его убить, а Фират пустить по кругу, а потом... а потом все равно убить.
— Я же тебе говорила! — с отчаянием шепнула девушка Гарольду.
Поттер быстро направил палочку вверх и из нее вылетел сноп искр, а потом ударила струя воды! Окатив из нее, как из брандспойта разгоряченных морячков, он, как ни в чем не бывало, заявил:
— Вот теперь на корабле знают, что мы на этой шлюпке. Не дурите, мужики, а то капитан вас накажет.
Моряки отпрянули, кто куда. Двое даже вывались из шлюпки, и их с проклятиями потащили обратно на борт. Гарольд пересел на нос и пересадил туда же Фират.
— Гребите к кораблю и побыстрее. Обещаю ничего не рассказывать вашему начальству.
Ошарашенные матросы расселись на банках и нестройно ударили веслами. Впрочем, старший на руле руганью и зуботычинами быстро навел порядок, и шлюпка полетела к кораблю, который черной громадой темнел на фоне светлеющего неба.
* * *
Капитан стоял поодаль у борта и внимательно наблюдал, как по штормовому трапу поднимают двух найденных аборигенов. Девушку и парня. Из вещей только какой-то старый кубок. Странная пара. Что они тут делали в открытом море? Или поблизости есть остров? Но тогда кто они? Рыбаки? Рыбу кубком глушили, варвары? Впрочем, откуда здесь рыба. Рыба появится лишь тогда, когда дно зарастет водорослями и нагонит сюда ветрами с океана рачков, медуз, да моллюсков. Странная пара.
Вахтенный осветил лицо парня. Капитан вздрогнул, шагнул было вперед, но вгляделся внимательно и, покачав головой, отступил в тень паруса.
— Малой! — негромко позвал он своего помощника.
— Да, сэр!
— Тише ты. Веди их в свою каюту и начинай допрос. Только без рукоприкладства. Я не хочу показываться им до поры до времени. Спрашивай все, что в голову придет. Кто они такие? Откуда? Какие страны или острова тут есть? Кто правитель? Как зовут? Но будь настороже, понял?
— Так точно, сэр! — шепотом громыхнул помощник и направился к штормтрапу.
— Идите за мной! — повелительно обратился он к Поттеру и подтвердил жестом, на случай, если они не понимают язык.
Гарольд, взяв Фират за руку, буквально протащил ее через неохотно расступившуюся толпу моряков и головорезов из абордажной команды и, нагнувшись, вошел в открытую дверь капитанской каюты.
— Боцман! — капитан вышел из тени паруса. — Поднять шлюпки, абордажную команду вернуть в трюм. Удвоить число наблюдателей. Всем кроме вахтенных спать. Выполнять, псы помойные!
На палубе началась суета. Было видно, что слова капитана были здесь железным законом...
* * *
Капитан ловко и бесшумно проскользнул по борту вдоль палубной надстройки и через боковую дверь вошел в помещение арсенала, которое примыкало к каюте помощника. Закрыв за собой на засов выход на палубу, он обезопасил себя от нескромности экипажа. Теперь можно было послушать допрос, а главное понаблюдать за этим парнем, который мучительно напомнил ему одного человека из прошлой жизни...
— ...Ты понимаешь мой вопрос? Как твое имя?
Парень сидел в совершенно свободной позе, положив руки на стол, и с интересом разглядывал убранство каюты. Девушка куталась в сухое одеяло, которое выдал ей сердобольный помощник капитана. Впрочем, он скорее надеялся, что девушка станет переодеваться при нем, но та закуталась прямо в мокрой мантии. Надо было все же купить им несколько портовых шлюх, хоть его самого и мутит от их присутствия на корабле. Но команда просто с ума сходит без женщин. Приучили их в империи, разбаловали. А ведь это он сам людей отбирал. Лучших из лучших! Вот и отобрал озабоченных маньяков!
— Так я еще раз спрашиваю, — уже начал сердиться Малой, — ты понимаешь, что я тебе говорю?
Капитан увидел, как сжимаются и разжимаются кулачища его помощника, и начал опасаться, что несговорчивый пленник сейчас схлопочет хорошую затрещину.
— Да понимаю я. Понимаю, — отозвался парень рассеяно, — меня зовут Гарольд. Нам поесть надо. Распорядитесь о завтраке.
Малой онемел от такой наглости и начал уже привставать, чтобы врезать наглецу как следует, но услышал предостерегающее покашливание капитана за стенкой и сдержался.
— Еда будет после того, как ответите на все вопросы, — буркнул он.
— Ну спрашивай тогда скорее!
— Ее как зовут? — буркнул он неприветливо.
— Фират.
— Дурацкое имя, — оценил Малой и заскрипел пером по бумаге, — откуда родом?
— Я или она?
— Оба.
— Мы не родственники. Я родился в Британии в селении Годрикова впадина. А Фират родилась в обители Матери.
— Годрикова или Гадрикова?
— Годрикова.
Перо скрипело, а капитан за тонкой перегородкой, прильнув к отверстию, весь окаменел и боялся пропустить хоть слово.
— Как вы оказались в открытом море?
— Послушайте, господин хороший, не знаю вашего звания, можно покормить девушку? Мы могли бы отвечать на ваши вопросы и во время еды.
Малой повернулся и вытащил из шкафа кольцо сухой колбасы, буханку хлеба и жбан с вином.
— Видишь это? Получите, после того, как ответите на все мои вопросы.
На самом деле Малой и не думал кормить безвестных пленников своими припасами. Черным хлебом с водой обойдутся, если, конечно, живыми останутся. Но как приманка и стимул эта еда подходила идеально.
— К-хм. А ты, кажется, врешь, господин хороший. Придется мне воспользоваться твоим гостеприимством без твоего разрешения.
Рука Гарольда скользнула за спину и вынырнула с черной палочкой.
— Империо! Порежь-ка колбаску и хлеб, да вина нам налей, господин хороший.