Сестренка из Преисподней - Андрей Белянин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Я удивлённо воззрился на нечистого. Тот буквально окаменел на табуреточке, двумя руками держась за отпадающую челюсть. Мы с ангелом даже слегка испугались…
– Что-то не так?
– Ша, Сергуня… дай мне выдохнуть, осознать и проникнуться… – с большим трудом заговорил чёрт. – Так это, значит, запах твоих духов витал в кабинете генерала, аист ты наш белокрылый?! Я, как последний дурак, жертвую этим голохвостым вонючкам всю свою честно заработанную цепь… Полчаса валяюсь у тебя в ногах, вымаливая прощенья, а ты, лебедь недощипанный, уже отдал им всю мою долю?!!
– Но… у тебя… там же… в твоей цепи была и моя часть, я надеялся, что это послужит достаточной компенсацией!
– А сказать мне заранее ты не мог, меценат в перьях?!
– Попрошу без оскорблений! В конце концов, ты первый…
– Ах, это я первый…
Вы не поверите, с каким облегчением я вслушивался в развивающийся скандал. Как всё-таки хорошо, что хоть какие-то вещи остаются незыблемыми и постоянными. На кухне назревала конкретная драка, я вышел, дабы не мешать…
* * *Наутро опять позвонил Семецкий. Наташа была в ванной, так что на все вопросы пришлось отвечать мне. Книготорговец-библиофил говорил резко, отрывисто, дважды в трубке слышались сухие звуки пистолетных выстрелов (мэтру удалось пристрелить очередного убийцу). Собственно, вся суть сводилась к одному: не могу ли я повлиять на собственную супругу, дабы убедить её совершить акт супервыгодной продажи редких карт или оттисков? Ибо такие вещи лучше доверять опытному специалисту, а не хранить дома под матрасом. В случае удачи мне посулили солидные комиссионные… Я обещал попробовать, ведь это меня ни к чему не обязывало. Когда супруга принялась за чай с бутербродами, я честно выложил ей всё о телефонном звонке. Наташа рассеянно покивала, но ничем определённым по этому поводу делиться не захотела.
– Но ты хотя бы можешь объяснить, что намерена с ними делать?
– М-м… не знаю. Можно продать, можно обменять, можно выставить на аукцион, можно попробовать воспользоваться самим…
– В каком это смысле? – Я тоже присел, налил кофе и укоризненно глянул на тарелку с заметно уменьшившимся количеством бутербродов. Моя хозяйственная жена только повела бровью, как кусок сыра и батон обречённо бросились под кухонный нож. Довольно удобно, вынужден признать…
– Спасибо, но ты не ответила.
– Серёжка, давай поговорим откровенно. Ты можешь выслушать меня, не перебивая?
Я кивнул, Наташа некоторое время собиралась с мыслями, а потом начала ровно и неторопливо:
– Вот мы с тобой живём в маленькой двухкомнатной квартире, доставшейся тебе от родителей, а им от бабушек и дедушек. Пусть это центр Питера, но старый фонд есть старый фонд. Только за два последних года мы четыре раза делали косметический ремонт: трубы, окна, вода, пол, протекающий потолок в туалете. Моя зарплата, прямо скажем, маленькая. Твои заработки гораздо больше, но они случайны, и я не могу всерьёз планировать расход этих денег. Здесь, в Городе, всё иначе. У нас шикарные условия жизни, я – практикующая ведьма, ты – известный колдун-стихотворец. Здесь нас уважают, а на что я годна со своей магией в Петербурге? Применять свои способности в мелкокриминальной деятельности? Да, можно открыть салон, предсказывать судьбу, снимать порчу и заряжать амулеты. Да, я, может быть, буду одна истинная колдунья на тысячу банальных воровок, но что это в принципе решает… Милый, мне уже далеко не семнадцать. Я хочу посмотреть мир. Хочу, чтобы мой муж не бегал по выступлениям, как загнанная лошадь. Хочу, чтобы у Фрейи было детство и всё, чего её лишили в том, заброшенном, мире. А для этого надо быть на голову выше остальных. Сверхведьмой! Ведьмой, нашедшей и захватившей великую Книгу Семи Магов!
– Любимая… – Мне резко расхотелось есть, я поставил чашку на стол и взял Наташины руки в свои. – Не подумай, что я тебе не доверяю, но… ты уверена, что других вариантов нет?
– Серёжка. – Она улыбнулась и благодарно потёрлась щекой о мою ладонь. – Я же не зря столько торчала за компьютером. Всё, что было возможно, уже задействовано и работает. Если нам удастся достаточно выгодно продать оттиск печати, я никогда об этом не пожалею.
– Семецкий предлагает слишком мало?
– Он всё-таки торговец, выгадывает на всём и везде, где может. Пока его авансы просто несерьёзны…
Вот примерно на этом и закончился наш разговор. Наташа начала собираться, у неё были намечены две важные встречи. Договорились, что мы встретимся ближе к вечеру в небольшом ресторанчике у набережной. Местечко называлось «Контраст», возможно, потому что, с одной стороны, там превосходно готовили, а с другой – вся обслуга состояла из рослых темнокожих демонов, безумно любезных и говорящих с афро-американским акцентом.
Таким образом, почти весь день для меня оставался свободным.
Проводив жену, я походил туда-сюда по квартире, поиграл в «Сексоник» на компьютере, включил и выключил телевизор, нашёл роскошный трёхтомник Шекли в книжном шкафу… И всё-таки, чем заняться в ближайшие шесть часов, представлялось весьма туманным. Звонок сэра Мэлори в эту минуту прозвучал спасительным гонгом!
– Сергей Александрович? Счастлив приветствовать в добром здравии.
– Спасибо, и я очень рад вас слышать. Наташа говорила, что вы неоднократно звонили, пока я… ну, не болел, а как бы… отсыпался.
– Я переживал за клюссимус люпенс шоук. Липьа нернь по трилиот знакопель валериапуськи и клон, клон, клон… Ибо именно сон излечивает нашу психику лучше любых новомодных лекарств!
– А как ваше здоровье? Нога уже не беспокоит? – в свою очередь вежливо полюбопытствовал я. Старый джентльмен бодро расхохотался, заявив, что настоящему рыцарю не стоит даже обращать внимание на такие мелочи. Хотя, на мой «нерыцарский» взгляд, колотая рана в бедро насквозь длинным стальным прутом с шипами – никак не мелочь…
– Я как раз намеревался распарить свои стариковские кости в самум бур торнандос. Сонслярий, нашнаж, миникюор, а торме порме – ибс пиво! И уж поверьте мне, пиво у них очень приличное. Пусть не питерский «Калинкин», но всё же…
– Так вы хотите, чтобы я составил вам компанию?
– Да, мой друг. Если, конечно, вы не очень заняты…
Разумеется, я сразу же дал согласие. В самом деле, ради чего торчать одному дома, когда можно сходить в сауну с хорошим собеседником и добрым собутыльником. Ну, второе – это понятие относительное, за все наши немногочисленные застольные встречи сэр Мэлори пил охотно и помногу, но пьяным я не видел его никогда! Нет, нет, обязательно надо сходить, иначе просто с ума сойду от бездействия. Видимо, бешеный ритм последних дней, насыщенных борьбой, беготнёй и приключениями, заставил кровь двигаться в жилах с удвоенной резвостью. Спокойная и размеренная жизнь уже не для меня. Я ведь решил сменить имидж и стать героем. А герои… они на месте не сидят, они вечно суетятся в поисках очередных проблем на беспокойную головушку. Как известно, подвиги можно совершать везде, даже в непритязательном походе в финскую баню. По крайней мере, в моём случае всё именно так и оказалось…
Я переоделся, оставил жене сообщение на автоответчике на тот случай, если вдруг ей взбредёт в голову поболтать со мной по телефону. Оделся подемократичнее: в свободную рубашку, джинсы и кроссовки. После чего затребовал у гардеробного шкафа полный банный набор – войлочная шапка, рукавицы, свежая простыня и берёзовый веник появились в ту же минуту. Впрочем, веник оказался лишним: как помнится, в сауну его не берут. Хотя по некотором размышлении я сунул его в пакет и впоследствии об этом не пожалел…
Дверной замок автоматически щёлкнул «собачкой», и я легко пробежался по ступенькам вниз. Погода, как всегда, была великолепна, прохожие, улыбаясь, щурились от солнца. Чьи-то милые дети во дворе сказали мне «здрасте», дружелюбно помахивая хвостиками. До встречи с сэром Мэлори у меня было ещё около получаса, и я решил прогуляться пешком. Старый рыцарь пояснил, что сауна находится через четыре квартала по проспекту, левая сторона – заблудиться невозможно. Так что я шёл свободной походкой, размахивая пакетом, довольный жизнью и почти напрочь забывший о всех потрясениях и невзгодах. Прикупил пару забавных сувенирчиков по дороге – пригодятся для друзей по литературному цеху. Съел ванильное мороженое в форме белённого временем черепа, а где-то через пару кварталов ко мне незаметно пристроились ещё два попутчика. Справа от меня мелко семенили золотистые сандалии Анцифера, а слева лихо мели уличную пыль длинные полы чёрного фармазонистого балахона. Ну что ж, видимо, и духам время от времени имеет смысл сдаваться в стирку. Я не стал их прогонять, вчетвером веселее…
* * *Особых следов героического спарринга на их лицах заметно не было. Должен признать, что это к лучшему. Обычно если близнецы и доходят до рукоприкладства, то, понаставив друг другу фонарей под глазом, быстро находят пути к взаимному примирению. Ибо дуться на своего же родственника после того, как уже съездил ему по уху, глупо. Однако на этот раз оба духа сопровождали меня совершенно молча, даже как-то отрешённо, словно каждый из них шёл куда-то по своим собственным делам.