Бесконечность I. Катастрофы разума - Андрей Волков
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Похоже, это всё-таки маньяк, — заключил Рауш, — смотри, Кирсанова пропала в понедельник, и в следующий понедельник находят её труп. Терехина пропадает второй, в четверг, и в четверг находят её труп, связь улавливаете?
— Связь есть, — согласилась Ксения, — но это не объясняет, как он с ними познакомился и почему именно на них обратил свое внимание.
Макс фыркнул.
— Да мало ли, — сказал он, — если это маньяк, вы его психологию никогда не поймете. Придумал свою философию и пошёл убивать.
Авалова покачала головой.
— Это только в хоррор-фильмах так бывает, — заметила девушка, — а здесь работал профессионал холодный и расчетливый, и он делал это не в первый раз и не во второй. А что до совпадения по дням, я думаю, что это имитация.
Рауш насупился.
— Но зачем? — спросил он. — Зачем кому-то имитировать маньяка?
Ксения пожала плечами.
— Может быть, политическая провокация, — предположила она, — перед саммитом, а может быть он просто хочет заявить о себе. Устроить показательный акт терроризма, а такие показательные убийства юных девушек для этого очень подходят.
Макс поморщился.
— Он, или она, или они, — заметил оперативник, — помните, что бомж про девицу сказал? Какая-то чертовщина получается. Кирсанова встречалась с мужчиной, а здесь видели женщину.
— Но ведь она могла оказаться во время убийства совершенно случайно, — заметила Ксения, — ещё надо доказать, что она имеет отношение к нашему делу. Может быть, она тут просто живет. К тому же бомж не очень хорошо её разглядел. Но, тем не менее, внимания она заслуживает.
— У нас ещё есть паспорта, — напомнил Рауш, — вот этого я вообще не понимаю.
— Я тоже, — честно призналась Ксения, — если убийца, назовем его некто. Так вот, если этот некто подбросил к своей последней жертве документы этой Урусовой, то получается, что он знает её лично. И убийства крутятся вокруг неё. Первый труп нашли в её пансионате, второй в её подвале.
— Интересно, — согласился Макс, — а ведь смотрите. Верховский учился в той школе и знает Урусову, так может, он это все и делает. Ну, там запретные развлечения богатых, всякое такое, тогда и Швейцария в тему.
Ксения дернула головой.
— Вряд ли он стал бы так подставляться, — сказала она, — это, во-первых, а во-вторых, паспорт-то зачем подкидывать?
Рауш фыркнул.
— Ну не знаю, — сказал он, — может, у них несчастная любовь была, вот он и хочет отомстить. Послушайте, если он больной человек, то логика здесь бессильна, из опыта говорю.
Ксения, задумчиво закусив губу, взяла в рот орех.
— Всё равно должно быть объяснение, — сказала она. — Просто есть что-то, что мы пока не понимаем. Надо ещё раз тряхнуть учеников этой школы. Чтобы понять, с кем встречалась Кирсанова.
Рауш флегматично нахмурился.
— Глухой номер, вы это уже пробовали, — сказал он, — они или ничего не знают, или не расколются, а чуть начнешь давить, опять завопят про адвоката, придут богатенькие родители, ну и так далее.
— У Татьяны Козловской богатых родителей нет, — напомнила Ксения, — она должна что-то знать. Не может не знать.
— Как хотите, — бросил Макс, — я бы лучше потряс эту Урусову, вот она явно что-то знает.
— Скорее боится, — покачала головой Ксения, — она понимает, что убийства как-то связаны с ней, тут вы правы. Но есть что-то ещё. В её жизни что-то произошло, и она думает, что кто-то из её близких может быть убийцей, поэтому молчит, но допрашивать её рано. Она должна сама понять, что нужно нам всё рассказать.
Рауш хлопнул в ладоши.
— Вот, — сказал он, — я и говорю, что здесь замешан Верховский. Будете спорить? Нет, постойте, знаю, мальчик с плакатов вас очаровал своим обаянием. Я видел, как вы смотрели на него в ресторане.
— Не поняла.
— Вы ему улыбались, — бросил Макс.
— Ну и что, — усмехнулась Ксения, — я многим улыбаюсь. Вам, например.
Макс фыркнул.
— Да бросьте, — сказал он, — признайтесь честно, что он вам понравился. Вы, женщины, падки на смазливых красавчиков.
Ксения рассмеялась.
— Тонкое жизненное наблюдение женской психологии, — заметила она, — но я вас разочарую. Он мне не понравился. Заинтересовал, так будет вернее сказать.
Диалог прервал подбежавший дежурный.
— Звонили эксперты, — сказал он, — пробили машину той девицы, которую видел бомж. Не обманул паршивец, «Ягуар X-Type» и оформлен он на Александра Владимировича Верховского, того самого красавчика с плакатов. Это его машина.
Ксения задумчиво сжала губы. Картинку снова размыло. Она всё время теряет нить. Всё время упускает что-то важное.
* * *
Весь день Наташа изнывала в своем кабинете. Информации, итак, было с гулькин нос, а её импровизированная «наружка» хранила молчание и проявляться пока не собиралась. Конечно, им могло и показаться, но уж слишком много неточностей в показаниях жены Левицкого. Сначала она рассказывает, каким он был патриотом, всё отдавал на благо родины, а через два дня объясняет, как тяжело жить с мужем-геем под одной крышей. Конечно, одно другому не мешает (вроде бы), но почему она молчала сразу и рассказала правду про мужа только им с Алексеем, может быть потому, что они рассказали про соседку? Возможно, но тогда, если она не хотела огласки, она могла просто сказать, что соседка лжёт. Мало ли что кому привиделось? Не всему же можно верить. Она бы сама не поверила, если бы Инга не призналась.
Тишину кабинета разрезал резкий телефонный звонок мобильного. Покровской пришла в голову мысль, что важные звонки никогда не раздаются по городскому телефону. Не иначе боятся прослушки.
— Наташа, привет, — это Кристина, — раздался голос в трубке, — есть минутка?
— Да, — небрежно бросила девушка, — сижу, скучаю, может быть, ты меня порадуешь новостями?
— Порадую, — подтвердила Левонова, — даю тебе реальную наводку. Убийство Андрея Левицкого связано с препаратом греларозол, это лекарственное средство, судя по всему очень токсичное, оно вызывает наркотическую зависимость, а производством этого снадобья занимаются Арсенюк и Тополевич.
— А причем здесь Левицкий? — резонно спросила Наташа.
Кристина коротко пересказала свой разговор с Касаткиной.
— Интересно, — согласилась Наташа, — а я решила ещё раз место происшествия осмотреть. Наведалась туда с местным околоточным и таки нашла, через одну старушку, квартиру, на которой Левицкий был в день своей смерти.
— И?.. — спросила Кристина. Наташа усмехнулась.
— И ничего, — ответила Наташа, — на первый взгляд.
В квартире всё было вычищено, но я кое-что нашла.
— Ну, не томи, — бросила Кристина.
— Запись химической формулы, — сказала Наташа, — так что, вероятно, твоя информация верная.
Левонова фыркнула.
— Ну, ещё бы, — сказала она, — значит, Левицкий там