Божественные кошмары, или живая легенда (СИ) - Юлия Фирсанова
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Бр-р-р, здешний мусор только Элтона или Ментора соблазнит… Философ-фи-я-я-я! Может, прихватить им в подарок вот хоть трактат 'О престранной природе душ человеческих' или не стоит труху по мирам таскать? Ф-р-р! Если наш покойничек имел что-то ценное, кроме своего парадного балахона и шлепанец, в которых помер, то либо распродал перед смертью, либо хорошенько припрятал. Как думаешь, в постаменте потайного сейфа нет?
— Вряд ли, — не имевший богатого опыта разграбления захоронений, но обладающий в достатке знаниями о природе камня, Элегор постучал ногой по боку каменной глыбы и кулаком по верху. Глухой звук вышел ничуть не более обнадеживающим, чем оптимистичный оскал мумии.
Джей встал по другую сторону от постамента с великаном. Теперь парочка богов походила на небольшую группу скорбящих, пришедших проститься с покойным. А что до жадных искорок и легкого разочарования в глазах, так искренняя скорбь товар подчас редкий даже на настоящем прощании. Как правило, присутствующих куда больше заботит собственная жизнь и ее продолжение, чем тот, кто уже миновал заветную черту.
— Может, хоть цепочку с него снять? — тоже попинав постамент, с тоской спросил Бог Воров, разглядывая весьма толстую золотую цепь с крупноформатным прямоугольным медальоном, которую мумия накрывала правой дланью возмутительно собственническим жестом. — Как думаешь, он не восстанет?
— Ты хочешь поразвлечься или опасаешься? — не понял Элегор.
— Просто гадаю, — фыркнул Джей и потянулся к шее покойника, герцог принялся помогать, высвобождая медальон из-под пальцев мумии. Тот подался неожиданно легко, вот только выскользнув почти полностью, зацепился выступом на задней стенке за сухую костяшку пальца владельца и с тихим щелчком раскрылся. Изнутри выпала небольшая пластинка и спланировала на грудь бывшего хозяина или, скорее, хранителя. Ибо знакомый и, пожалуй, успевший набить оскомину узор был слишком хорошо известен мужчинам: шутовские колпаки, розы и игральные кости! Он мог принадлежать только карте из колоды безумного Либастьяна.
— Оп-па! — глаза Джея моментально загорелись. — Давай, верти!
Элегор поднял карту, и боги уставились на мерцающее, словно проявляющееся на секунду и тут же исчезающее из виду изображение худенького и очень серьезного мальчика с серыми глазами и лохматой черной гривой, прядь из которой спадала на правый глаз. Паж-Плетущий — гласила подпись под картинкой.
— Какая-то странная вещица, — насторожился Бог Воров. — И опять Плетущий — сопляк. Они что, до более зрелого возраста не доживают? И живого отпечатка личности я за картой не чую, как по ней паренька искать?
— Все правильно, — возразил герцог, накрытый с головой чувством острого, как горсть жгучего перца и стилет Энтиора, озарения. — Мальчика ты не найдешь, его пока нет во Вселенных. Этот портрет — лишь обещание его явления, потому и мерцает.
— Везде-то ты был, наверное, часто посылали, все-то ты знаешь. Откуда бы такая осведомленность, вы у нас, герцог, часом не очередная инкарнация самого Либастьяна? — с подозрительным прищуром осведомился принц, крутя карту в руках.
— Не знаю, просто чувствую, — признался Элегор, ощущая себя изрядным болваном и ожидая закономерной насмешки. Однако Джей лишь качнул головой и протянул:
— Ну-ну… Так что делать будем, провидец? Волочь картинку в Лоуленд и посвящать Ральда в наш маленький семейный секрет, который знает каждая собака на Уровне и через одну на всех остальных?
— Зачем? Отдадим Злату, пусть припрячет, — пожал плечами Лиенский, словно собирался не передавать Карту Колоды Джокеров Повелителю Межуровнья, а переложить кусок колбасы с одной полки холодильника на другую.
Герцог хлопнул себя по карманам брюк, правый ответил молчанием (все имеющиеся монеты Элегор недавно отсыпал парню за информацию), а левый брякнул сталью. Видно, не услышав нужного звука, бог поинтересовался у Джея:
— У тебя зеркальца нет?
— Почему нет? Есть, — ухмыльнулся запасливый Бог Воров.
Только на поясе принца была прицеплена масса кулончиков и брелоков, сверкающих разноцветными камешками, сувенирных паучков всевозможных мастей, черепков, бутылочных открывашек и иных непонятных штуковин, часть из которых вполне могла оказаться отмычками. А уж что таилось в глубинах карманов Джея, о том досконально не знал и сам Джей, совавший туда все, что казалось хоть сколько-нибудь ценным и попадалось в загребущие ручки. Принц вытащил небольшое круглое зеркальце в оправе из сцепившихся хвостами кошек. — Сгодится?
— Мелковато, но сойдет, — решил Элегор, пульнул в зеркальную поверхность лучом силы Звездного Тоннеля и позвал: — Эй, Зла-ат?!!
— Ваше нахальство не знает границ, герцог, где вы только его набрались? — мрачно ответствовало пространство стремительно расширяющегося конуса тьмы, выросшего из почти игрушечной безделушки.
— Может, ты кусочек потерял? — тут же сострил Джей, не успев вовремя прикусить неугомонный язык, болтающий будто сам по себе и зачастую сильно портящий жизнь хозяину.
Темнота ничуть не просветлела, но приобрела странные свойства, ибо проявившееся на ее фоне хмурое лицо Злата оказалось видно в мельчайших деталях. Высокий лоб, черные пряди волос, прихваченные обручем, перевитым в странном вечно изменяющемся узоре из множества тончайших золотых проволочек. Брови Повелителя Межуровнья, отреагировав на едкую шуточку Бога Воров, пошли на сближение в районе переносицы.
— Ой, он рассердился, — жалобно запричитал Джей, демонстративно пятясь от 'проектора', - ой, что теперь будет, что будет… Только б в Межуровнье не бросил и в сусликов не превратил!
— Почему в сусликов? — брови Злата приостановили движение и заломились в ироничном интересе, малахитовые глаза заблестели.
— Так это же самая сволочная вещь — быть сусликом в Межуровнье! Высматриваешь опасность, дрожишь, а вокруг туман непроглядный, и откуда на тебя бросятся, смотри не смотри, никак не разглядишь, — объяснил логику суждения Джей, и Дракон Бездны, войдя в бедственное положение сусликов, кивнул, соглашаясь с мнением принца.
— Так зачем звали? О сусликах не с кем побеседовать? — с кривой ухмылкой осведомился Повелитель Межуровнья.
— Если хочешь, и о них, и о зеленых ежиках, и о мэсслендских грюмах поболтаем, но вообще-то, Злат, мы нашли еще одну карту, вот и вызвали тебя! — объяснил Элегор, а Джей помахал в воздухе, практически перед носом грозного создания, очередным творением Либастьяна.
— Давай, — к объемному изображению лица добавились очертания простертой в повелительном жесте руки. — Элия и остальные в курсе?